06.08.2013 Екатерина Котова

Размышления после дня рождения

Иногда размышления приходят смутные и невнятные, и редактировать их не хочется. Это — одно из таких.

Бывает так: гляжу на человека, гляжу… И со стороны становится очевидно, к примеру, что он шаг за шагом ломает свою жизнь.

Глядя на его жесты, мимику и любимые интонации, легко рассказать, как его мама относилась к его отцу, как к нему относятся женщины, и на какой стадии отношений они его оставляют — а то, что он нередко бывает оставлен красивыми, счастливыми женщинами,  — для меня тоже очевидно.

Но пока всё это проносится в моём восприятии ураганом, снаружи мы ведём милую светскую беседу, беседа построена так, чтобы быть приятной и не волновать никого из собеседников. Потом человек уходит, уверенный во всём, в чём мои добрые слова создали у него уверенность.

А я всё так же продолжаю помнить его, как того, которого неоднократно оставили шансы на счастье, и который шаг за шагом разрушает свою жизнь.

 

Но у меня нет от него запроса. Человек ведь не спрашивает, что я вижу о нём. Он не говорит о своих тревогах, камнях внутри него. Он просто хотел моего внимания в чате или просто хотел провести пару часов у нас в гостях за добродушным обменом новостям.

 

Если же мои ощущения и противоречия между тем, что снаружи и внутри, накаляются до предела… бывает по-разному. Иногда я говорю мужу, что больше не буду выходить к чаю, когда приезжает N, потому что запах разложения мне невыносим более, а навести порядок меня никто не приглашал.

Иногда резко высказываю собеседнику, что регулярно со мной происходит, пока я с ним общаюсь. Это порой освежает и обновляет нас обоих, а отношения выводит на другой уровень.

Иногда ухожу из беседы, зная для себя точно, что это было последняя встреча. Так бывает, когда я не чувствую, что смогу подобрать хоть какие-то выражения для передачи своих впечатлений, чтобы не шокировать собеседника, а улыбаться, словно ничего не происходит, мне более невыносимо.

 

Именно в тех случаях, когда слов нет у меня, я делаю некий пируэт внутри. Говорю себе что-то вроде: «Ну… Он же взрослый человек. Не может же взрослый человек так отрицать очевидное о себе! Наверное, это его выбор. Осознанный. И, будем думать, целенаправленный. Он знает, что делает, пожалуй, я не буду пытаться помешать ему!»

 

Но слов нет — у меня. А я мысленно перекладываю эту мою тяжесть на него.

Человек так и не узнает, что он в сантиметре от пропасти идёт.

Он же «сделал этот выбор сам«. Это же «выбор взрослого человека«.

Так, боль, становясь невыносимой, требует вернуть её тому, кем была спровоцирована. И я возвращаю её мысленно таким вот пируэтом, дающим мне облегчение из-за снятой с себя ответственности: «Человек встал на край карниза? Нууу… Он же взрослый! Нет, ну, наверняка он в курсе, что творится, и знает, зачем он это сейчас делает! А моя тревога, видимо, от моих не проработанных аспектов, да. Точно, это же просто мои тараканы!..»

 

Я благодарна за те случаи, когда кто-то не умалчивает о своих впечатлениях — обо мне. Сама ведь часто не замечаю то темное и тяжёлое там, глубоко в себе, не ощущаю, потому что привыкла к нему и путаю этот «камень» с чем-то своим, родным, привычным и повседневным!

Он порой неприятен, да что там — противен — окружающим.

И мне иногда в резкой форме выдают претензию: как ты, вообще, тут, улыбчивая такая, создаёшь о себе приятное впечатление, вдохновляешь нас всех, а внутри у тебя — смердит?!

 

Ну… да. Смердит. А я ищу выход, но параллельно продолжаю жить. Исследовать себя, находить выходы, радоваться общению, учиться новому и улыбаться часто, даже когда мне не совсем хорошо.

Конечно, мне не доставляет удовольствия носить в себе тяжелый камень! Нет моего выбора, звучащего как «я хочу это держать в себе и жить с этим, а также не желаю никак его из себя удалять«. Есть выбор «да, имеется тяжесть, и я ищу, что это, и как с ним быть«.

А пока ищу — с удовольствием веду приятные беседы о женском, о жизни, обмениваюсь рецептами и по-детски радуюсь поздравлениями с днём рождения.  Мой выбор — улыбаться в разговорах и создавать радость себе и собеседникам, пока внутри меня идёт напряжённый поиск решения, исследование, что это за странная тёмная и тяжёлая штуковина, что несу я в себе.

 

И очень, очень дорого, когда об этом «камне» хоть кто-то говорит вслух. Когда меня не путают с постоянным источником феерического добра, а видят целиком, в объёме, и не только трёх-четырёхмерном.

 

За последние дни мне так или иначе сказали о тёмном и тяжёлом во мне больше, чем за весь предыдущий год. Такие слова и записи для меня были тоже поздравлением и подарком, несмотря на ту горечь, что осталась от них.

Спасибо.

  Екатерина Котова ©

Поделись статьёй с друзьями!



Ещё статьи по теме

  • Зимние сныЗимние сны Первый месяц года нежен и прекрасен, как младенец. Ест да спит. Сколько лет ни пыталась "назначить" себе на это время творческий взлёт и потрясающую продуктивность - нет. Ест да спит, и […]
  • ПеревозчикПеревозчик Во снах катаю людей на лодке. "Тишина, романтика, туман над водой". Забираю с берега ровного, песчаного. А увожу на тот, что с камышами, топкий, с воды сойти можно, обратно не […]
  • Февральская простудаФевральская простуда Много лет подряд каждый февраль у меня "простуда". Внутри всё кипит. Даже если нет температуры, состояние именно такое, и ломит тело, и вообще все признаки налицо, кроме, собственно, […]
  • ****** *** Голые ветви тополя касаются туч. Тучи нахмурены, деловиты, темны. Солнца не видно, но это сегодня к лучшему. Небо плачет. Я вместе с ним. Очищаюсь к приходу весны. Хлопья […]


Обсудить Вконтакте




Обсудить в Facebook